Документ 42: Железобетонный запрет криптовалюты в Китае?
Что произошло
6 февраля 2026 года Народный банк Китая (PBOC) совместно с семью ведомствами выпустил межведомственное уведомление «О дальнейших мерах по предотвращению и пресечению рисков, связанных с виртуальными валютами и сопутствующими явлениями» (银发〔2026〕42号). В индустрии его уже называют «Документ 42». В тот же день CSRC опубликовала отдельный регуляторный гайд по надзору за выпуском за рубежом токенизированных ABS, обеспеченных оншорными активами.
Это крупнейшее обновление режима после межведомственного уведомления 2021 года (银发〔2021〕237号; в криптосообществе его часто называют «9.24 / 924 notice»). «Документ 42» одновременно: (1) подтверждает, что криптовалютные сервисы в материковом Китае — «незаконная финансовая деятельность», (2) впервые отдельно проговаривает запрет на офшорный выпуск стейблкоинов, привязанных к RMB, (3) вводит определение и режим для RWA‑токенизации и (4) прямо закрывает офшорную лазейку для китайских компаний и их контролируемых структур.
Коротко по сути (без китайской бюрократии):
— Криптовалюты и вся рыночная инфраструктура вокруг них — по-прежнему под запретом в материковом Китае.
— RMB-стейблкоины: без разрешения уполномоченных органов запрещён выпуск за рубежом.
— RWA-токенизация: “по умолчанию нельзя”, но появляется исключение для одобренной «специфической финансовой инфраструктуры».
— Офшорные схемы китайских компаний: теперь прямо объяснено, что без разрешения это незаконно.
— Для узкой конструкции «оншорный актив → офшорный токенизированный ABS» CSRC вводит режим подачи (filing).
Кто стоит за документом
В подписантах — восемь центральных ведомств, что в китайской бюрократической иерархии означает максимальный межведомственный консенсус:
Народный банк Китая (PBOC), Государственный комитет по развитию и реформам (NDRC), Министерство промышленности и информатизации (MIIT), Министерство общественной безопасности, Государственное управление по надзору за рынками (SAMR), Национальное управление финансового регулирования, Комиссия по регулированию ценных бумаг Китая (CSRC) и Государственное управление валютного контроля (SAFE).
В преамбуле указано, что уведомление согласовано с киберрегулятором (CAC), Верховным народным судом и Верховной народной прокуратурой, а также одобрено Госсоветом. Это важный сигнал: документ задуман не как “мнение регулятора”, а как режим, который опирается на правоприменение и интернет-контроль.
Что осталось без изменений: базовый запрет на криптовалюты
Прежде чем говорить о новом, стоит зафиксировать знакомое. «Документ 42» подтверждает позицию, которую Китай занимает с 2017 года: все криптовалюты — включая прямо перечисленные в тексте Bitcoin, Ethereum и Tether (USDT) — не имеют статуса законного платёжного средства и не могут использоваться как деньги в обращении.
Любая коммерческая деятельность, связанная с криптовалютами на территории материкового Китая, классифицируется как незаконная финансовая деятельность. Список запрещённых активностей обширен: обмен фиатных валют на криптовалюты и наоборот, обмен одних криптовалют на другие, деятельность центрального контрагента, информационное посредничество и предоставление ценовых данных для криптоторговли, проведение токен-сейлов и сборов средств через выпуск токенов, торговля криптовалютными финансовыми продуктами.
Принципиально важная оговорка: в китайской регуляторной логике речь идёт не о запрете «владеть файлом на флешке», а о запрете создавать рыночную инфраструктуру, сервисы и площадки. Однако вкупе с гражданско-правовыми последствиями (о них ниже) это создаёт среду, в которой любая операция с криптовалютами оказывается юридически беззащитной.
Первое нововведение: прямой запрет юаневых стейблкоинов
Самый резонансный элемент «Документа 42» — впервые в китайской нормативной практике появился прямой запрет на выпуск стейблкоинов, привязанных к юаню. Формулировка охватывает максимально широкий круг субъектов: без одобрения «соответствующих органов» ни одна организация и ни одно физическое лицо — ни в Китае, ни за его пределами — не вправе выпускать за рубежом стейблкоины, привязанные к жэньминьби.
Регуляторная мотивация изложена прямо в тексте: такие стейблкоины «в замаскированной форме» берут на себя часть функций фиатных денег, что делает вопрос стейблкоинов вопросом денежного суверенитета. Уинстон Ма, профессор юридической школы Нью-Йоркского университета, прокомментировал это так: центральный банк Китая «по сути подчёркивает, что только его собственный цифровой юань является легитимным» и что «никакой терпимости к частным юаневым стейблкоинам, обращающимся на глобальных криптобиржах», не будет.
При этом аналитики PANews обращают внимание на тонкость формулировки: в тексте использовано выражение «без согласия» (未经同意), а не абсолютный запрет. Теоретически это оставляет узкий коридор для будущих государственно одобренных юаневых стейблкоинов, хотя на сегодняшний день ни один такой проект не анонсирован.
Контекст здесь особенно важен. 1 января 2026 года Китай запустил процентные кошельки для цифрового юаня (e-CNY), фактически переведя его из категории «цифровых наличных» (M0) в категорию «цифровых депозитов» (M1).
По данным на ноябрь 2025 года, через систему цифрового юаня было проведено 3,48 млрд транзакций на общую сумму 16,7 трлн юаней (~2,38 трлн долларов). Запрет частных юаневых стейблкоинов — это не изолированная мера, а элемент стратегии по монополизации цифровой юаневой инфраструктуры в руках государства.
Второе нововведение: RWA-токенизация — уже не серая зона
Если запрет юаневых стейблкоинов — это «новое нельзя», то регулирование RWA-токенизации — это «новое можно, но строго по правилам». Пожалуй, это самый значимый элемент «Документа 42» с точки зрения долгосрочных последствий для индустрии.
Впервые в истории КНР документ министерского уровня даёт формальное определение RWA-токенизации: это деятельность по переводу прав собственности и доходных прав на активы в токены или иные токеноподобные удостоверения (долговые, правовые) с применением криптографии и распределённых реестров, а также их последующий выпуск и обращение.
Для обычной практики (то есть публичной, нелицензированной токенизации) внутри материкового Китая RWA-токенизация запрещена — наравне со всеми сопутствующими услугами: IT-поддержкой, посредничеством и прочим. Однако — и это ключевой момент — документ оставляет исключение: деятельность, которая ведётся «на базе специфической финансовой инфраструктуры» и получила одобрение профильного регулятора, допускается.
Иными словами, Китай провёл чёткую границу: дикая, рыночная токенизация в духе DeFi — запрещена; контролируемая токенизация как инструмент в рамках государственной финансовой инфраструктуры — потенциально допустима. Луис Вань, CEO Unified Labs, назвал это разграничение «самым большим прорывом» и «вехой для китайского сектора RWA».
Логику этого подхода хорошо сформулировали аналитики PANews: «Смысл "Документа 42" — не запретить RWA, а установить, что в RWA можно играть только на нашей площадке».
Руководство CSRC: процедурный коридор для токенизированных ценных бумаг
Одновременно с «Документом 42» CSRC выпустила отдельный процедурный документ — руководство по надзору за выпуском токенизированных asset-backed securities (ABS) за рубежом, обеспеченных активами из материкового Китая. Это уже не декларативный «анти-крипто-манифест», а конкретная нормативная рамка для узкой финансовой конструкции.
Под действие руководства попадает выпуск за рубежом токенизированных прав или удостоверений, где погашение опирается на денежные потоки от оншорных активов (то есть активов внутри материкового Китая) с использованием криптографии и распределённых реестров.
Ключевое нововведение — режим подачи (filing) в CSRC. Это именно «备案», а не «审批»: то есть речь не про индивидуальное “разрешение на выпуск”, а про обязательную регистрацию/подачу пакета документов с правом регулятора запросить допматериалы и отказать в принятии подачи, если условия не соблюдены. После завершения подачи CSRC публикует сведения на своём сайте.
Процедура выглядит так: контролирующий оншорный субъект (то есть китайская компания или структура, управляющая активом) подаёт документы в CSRC, прилагая полный комплект офшорных эмиссионных документов, раскрывает структуру токена и сделки, информацию об активе. CSRC проверяет документы, при необходимости запрашивает дополнительную информацию, и в случае соответствия публикует сведения. После выпуска требуется отчитываться о завершении размещения, существенных рисках и событиях.
Гайд перечисляет случаи, когда выпуск невозможен: например, если выпуск запрещён по действующим нормам, если есть риски для нацбезопасности, если у контролирующих лиц/бенефициаров были определённые тяжёлые экономические или коррупционные преступления (с оговоркой по срокам), если есть крупные споры о правах на актив или актив по закону не может быть передан.
Алекс Цзо, старший вице-президент сингапурского криптокастодиана Cobo, прокомментировал: «В определённой степени это означает, что Китай допускает выпуск офшорных токенов, обеспеченных оншорными активами» — и это действительно значительное отступление от прежней модели тотального запрета.
Третье нововведение: экстерриториальный охват
«Документ 42» закрывает одну из самых популярных лазеек последних лет — схему «мы зарегистрированы в КНР, но всю крипто-деятельность ведём через офшор». Теперь китайским субъектам и их контролируемым офшорным структурам прямо запрещено выпускать цифровые валюты за рубежом без государственного разрешения.
Уведомление усиливает ответственность не за сам факт “работы в криптопроекте за рубежом”, а за участие в схемах, которые незаконно обслуживают материковый Китай: за организацию/помощь в незаконной эмиссии, сервисах, маркетинге и инфраструктуре, направленных на резидентов КНР. В зависимости от состава возможна административная ответственность, а при наличии состава преступления — уголовная.
По данным Reuters, ранее выпуск токенов под оншорные активы через офшорные структуры во многом существовал в серой зоне. Теперь власти заявили о строгой проверке таких схем, и рынок считывает это как попытку поставить трансграничную токенизацию в чёткие правовые рамки, не легализуя криптовалюты как класс активов.
Давление на инфраструктуру: банки, платёжные системы, интернет-площадки, реклама
Китайское регулирование всегда было наиболее эффективным не в декларациях, а в перекрытии инфраструктуры. «Документ 42» последовательно продолжает эту традицию.
Банкам и платёжным организациям запрещено открывать счета и проводить переводы для криптодеятельности, осуществлять клиринг и расчёты, выпускать или продавать финансовые продукты на основе криптовалют, принимать криптовалюты в качестве залога, создавать страховые продукты, где криптовалюта является объектом или предметом ответственности. Дополнительно запрещено обслуживание любых неодобренных RWA-токенизационных схем — включая хранение, клиринг и расчёты.
Для интернет-платформ введён полный запрет на предоставление площадки, витрины, «коммерческого размещения», маркетинговых и рекламных услуг, платного трафика и лидогенерации для криптовалют и RWA-токенизации. По сигналам регуляторов сайты, приложения и публичные аккаунты подлежат закрытию.
Отдельный штрих: в наименованиях компаний и перечне видов деятельности (аналог ОКВЭД) теперь запрещено использовать слова «виртуальная валюта», «криптовалюта», «криптоактив», «стейблкоин», «RWA», «токенизация реальных активов» и аналогичные термины.
Майнинг: продолжение давления
Уведомление подтверждает курс на полное вытеснение майнинга: провинциям поручено выявлять и закрывать существующие операции, строго запрещать новые мощности, а продажа майнингового оборудования внутри страны фактически заблокирована. При этом, по данным TheMinerMag, несмотря на годы запретов, по состоянию на конец 2025 года Китай всё ещё обеспечивал около 14% мирового хешрейта Bitcoin (~145 EH/s), уступая только США и России. В декабре 2025 года более 400 тыс. майнеров были отключены в Синьцзяне.
Юридические последствия для граждан: «убытки — ваши»
Две формулировки в «Документе 42» заслуживают особого внимания для всех, кто следит за китайским крипторынком. Во-первых, за нарушения установленных норм предусмотрена административная ответственность, а при наличии состава преступления — уголовная. Во-вторых, сделки и инвестиции в виртуальные валюты, RWA-токены и связанные финансовые продукты, если они «противоречат общественному порядку и добрым нравам» (公序良俗), признаются недействительными, а убытки целиком ложатся на самого инвестора.
Это классический инструмент китайского регулирования: формально владение токенами не запрещено, но судебная защита ваших вложений отсутствует. На практике это означает, что при любом споре — мошенничестве, невозврате средств, технической ошибке — обращаться в суд бесполезно.
Реакция рынка
Bitcoin к моменту публикации «Документа 42» уже находился в глубокой коррекции — от исторического максимума около 126 000 долларов в начале октября 2025 года. По данным CNBC, 5 февраля BTC упал на 15%, кратковременно опустившись ниже 61 000 долларов, после чего отскочил выше 70 000. Публикация китайского документа отправила цену обратно к ~66 000 долларов, а общий крипторынок просел на 8–9%. Ethereum потерял около 11%, Solana — 14–15%.
За сутки было ликвидировано более 770 млн долларов в маржинальных позициях, открытый интерес по фьючерсам на Bitcoin сократился с 61 до 49 млрд долларов за неделю — падение более чем на 20%. По данным CoinShares, за неделю из цифровых инвестиционных продуктов было выведено 1,7 млрд долларов. Хешпрайс Bitcoin упал до рекордно низких ~3 центов за терахеш, а сложность майнинга готовилась к крупнейшему снижению (11–15%) со времён китайского запрета майнинга в 2021 году.
Аналитики VanEck и Deutsche Bank подчёркивают, что обвал был многофакторным: обрушение кредитного плеча, вынужденные продажи майнеров, охлаждение ИИ-хайпа и циклические паттерны накладывались друг на друга параллельно с китайскими новостями. Аналитик Deutsche Bank Марион Лабуре отметила, что «традиционные инвесторы теряют интерес, а общий пессимизм по отношению к крипте растёт».
Бенджамин Коуэн, CEO Into The Cryptoverse, лаконично подвёл итог в X: «Это не был бы медвежий рынок, если бы Китай не запрещал крипту».
Что это всё означает: стратегическая перспектива
Поверхностное прочтение — «Китай в очередной раз запретил крипту» — упускает суть произошедшего. «Документ 42» принципиально отличается от предыдущих запретов тем, что вводит категоризацию: виртуальные валюты (биткоин, эфир и т.п.) и токенизация реальных активов (RWA) — это теперь два разных регуляторных объекта с разными режимами.
Для классической криптоиндустрии (биржи, трейдинг, ICO/IDO, публичные токены, маркетинг) это усиление и уточнение запретительного режима с закрытием офшорных лазеек.
Для RWA-токенизации это создание контролируемого шлюза. Не DeFi-рынок и не свободная эмиссия, а регулируемая токенизация как разновидность ценных бумаг и секьюритизации, где всё проходит по правилам, под надзором и с обязательным раскрытием информации.
Цзэн Ган, заместитель директора Национального института финансов и развития КНР, дал, пожалуй, наиболее взвешенную оценку: «Регулирование RWA отражает баланс между осторожностью и открытостью — оно запрещает неавторизованную деятельность, но оставляет пространство для комплаентного бизнеса на одобренной финансовой инфраструктуре. Это не стрижка всех под одну гребёнку».
Если сформулировать стратегическую логику одной фразой: Китай не полюбил крипту. Китай решил, что токенизация — это инструмент, но пользоваться им можно только в перчатках, под камерами и по пропуску.
Хронология: как Китай шёл к «Документу 42»
Февральское уведомление не возникло на пустом месте. Это кульминация более чем десятилетней эволюции китайского подхода к регулированию криптовалют.
Февральское уведомление не возникло на пустом месте — это очередная итерация длинной линии:
➟ Декабрь 2013: PBOC впервые обозначил Bitcoin как «виртуальный товар», отказав ему в статусе валюты, и ограничил участие банков.
➟ Сентябрь 2017: запрет ICO и закрытие внутренних криптобирж.
➟ Сентябрь 2021: межведомственное уведомление (银发〔2021〕237号, “9.24 / 924 notice”) закрепило наиболее жёсткий контур: криптосервисы — незаконная финдеятельность, майнинг — под запретом, а офшорным биржам запрещено обслуживать резидентов КНР.
➟ Сентябрь 2025: по данным Reuters, CSRC неформально рекомендовала ряду материковых брокеров приостановить RWA-токенизацию в Гонконге на фоне перегрева темы.
➟ Декабрь 2025: семь финансовых отраслевых ассоциаций выпустили риск-предупреждение, прямо относя RWA-токенизацию и “стейблкоин-нарративы” к зоне повышенных незаконных рисков.
➟ Ноябрь 2025: PBOC на межведомственном совещании отдельно выделял стейблкоины как источник новых рисков.
➟ 6 февраля 2026: «Документ 42» (银发〔2026〕42号) вступает в силу и одновременно отменяет уведомление 2021 года №237; параллельно CSRC вводит filing-режим для узкого класса офшорных токенизированных ABS под оншорные активы.
Гонконг: параллельная реальность
Отдельно стоит учитывать гонконгский контекст. HKMA планирует выдать первые лицензии эмитентам стейблкоинов уже в марте 2026 года. Гонконг последовательно выстраивает регулируемую криптоинфраструктуру — лицензированные биржи, фреймворк для стейблкоинов, площадки для торговли токенизированными активами. Однако позиция материкового Китая по юаневым стейблкоинам теперь будет задавать жёсткие рамки того, что можно и что нельзя для продуктов, которые хоть как-то затрагивают юаневую зону. Гонконг остаётся «контролируемой песочницей», но её границы определяет Пекин.
Несмотря на всё — рынок жив
Парадокс китайского крипторегулирования в том, что после десятилетия запретов, по разным оценкам, от 59 до 78 млн резидентов КНР продолжают использовать офшорные криптоплатформы. Внебиржевой (OTC) оборот криптовалют в Китае за первые девять месяцев 2024 года оценивается примерно в 75 млрд долларов. Очевидно, что «Документ 42» направлен в том числе на борьбу с этой теневой экосистемой, но насколько эффективно — покажет время.
Что это значит для внешнего рынка и русскоязычных читателей
- «Китай снова запретил крипту» — неверный вывод. Крипта под запретом давно; новизна в том, что Китай формализует отдельный режим для RWA и одновременно закручивает гайки по стейблкоинам и офшорным схемам.
- Если вы видите проект «RMB‑стейблкоина из Гонконга» — после «Документа 42» вопрос упирается не в технологию, а в “разрешён/не разрешён” для китайских регуляторов.
- RWA‑токенизация в DEFI-смысле в материковом Китае не легализована. Допускается только то, что встроено в одобренную финансовую инфраструктуру и проходит регуляторные процедуры.
- Для рынка важнее всего не запрет на бумаге, а инфраструктура: банки, платёжки, интернет‑платформы и реклама — именно там Китай традиционно достигает максимального эффекта.
Итоги
«Документ 42» — это не просто «ещё один китайский запрет крипты». Это структурный сдвиг от модели эпизодических запретов к устойчивому категоризированному режиму. Впервые проведена формальная граница между криптовалютами (полный запрет) и токенизацией реальных активов (регулирование с узким, но реальным коридором для легальной деятельности). Впервые напрямую запрещены юаневые стейблкоины. Впервые экстерриториальное давление распространено на китайские офшорные структуры с угрозой уголовного преследования.
Вопрос, который остаётся открытым: появятся ли реальные проекты, прошедшие через режим подачи CSRC и получившие «пропуск» на токенизацию? Нормативная архитектура для этого теперь существует. Но между наличием двери и готовностью через неё пройти — дистанция, которую рынку ещё предстоит преодолеть.
❗️ВСЕ СТАТЬИ В TELEGRAM: https://t.me/web3ru
Основные источники
Народный банк Китая (PBOC) — полный текст «Уведомления о дальнейшем предотвращении и устранении рисков, связанных с виртуальными валютами» (银发〔2026〕42号), опубликован 6 февраля 2026 года: pbc.gov.cn
Reuters — «China steps up crypto crackdown, will vet real-world asset tokens», 6 февраля 2026
Reuters — «China tightens oversight of offshore tokenised ABS tied to onshore assets», 6 февраля 2026
Reuters — «HKMA to issue first stablecoin licenses in March», 2 февраля 2026
CoinDesk — «China expands crypto crackdown to stablecoins, asset tokenization», 6 февраля 2026
The Block — «China's central bank reaffirms crypto ban, flags stablecoin risks following multi-agency meeting»
PANews — «Deconstructing the new ministerial regulations: 5 key points, RWA is no longer a gray area»
BeInCrypto — «China's Crypto Ban Just Got Worse For Stablecoins and RWAs»
Bitcoinist — «China Steps Up Crypto Crackdown, Blocks Domestic And Overseas Issuers»
CNBC — «Bitcoin drops 15%, briefly breaking below $61,000 as sell-off intensifies»
South China Morning Post — «China tightens crypto crackdown with onshore RWA tokenisation ban»
Sina Finance — полный текст документа и аналитические комментарии китайских экспертов
CCTV News — «Виртуальные валюты: регулирование усиливается, токенизация реальных активов включена в приоритетный надзор»
TheMinerMag — «Bitcoin Mining Difficulty Set for Biggest Drop Since 2021 China Ban»
CoinShares — данные по оттокам из цифровых инвестиционных продуктов